Эволюция живых существ может быть понята только в контексте геологического времени.
Парейазавровидные были умеренно разнообразным клэдом парарептилий поздней перми (Capitanian–Changhsingian), но имели почти глобальное распространение. Эти животные, достигавшие 3 м длины, имели широкое массивное тело и крупный тяжелый череп с грубо скульптированной поверхностью и массивными выступами («щеками») по бокам, образованными квадратноскуловой и чешуйчатой костями. Они были неповоротливы и медлительны, от нападений хищников их защищал панцирь из толстых костных бляшек-остеодерм, рядами сидевших в коже.
Парейазаврообразные — это вымершая группа анапсид, известная из поздней перми (Capitanian–Changhsingian). Обитали в Европе (Западная Европа, Россия), Азии (Китай), Южной Америке (Бразилия) и Африке (Южноафриканская республика, Замбия, Нигер, Марокко). Они были тяжелыми неуклюжими животными, часто размером с быка, с крупными телами, сильными конечностями, широкими стопами и толстыми сплошными черепами, украшенными причудливыми бугорками и гребнями.
Ранний–средний триас Западной Европы и Северной Америки. Очень крупные лептоплеврониновые проколофоны с небольшими округлыми глазницами, дифференцированными многочисленными зубами. Череп несет длинные шипы на квадратно-скуловых и скуловых костях. Имеются остеодермы (кожные кости). Прежде выделялись как отдельное семейство в составе парейазавров. Сейчас размещение склерозаврид среди парейазавров подвергается сомнению, как и состав всей группы.
Лептоплеврониновые проколофониды имели космополитическое распространение в позднем триасе. Самые поздние находки датируются временем перед самой границей триаса и юры. Они имели заметные шипы на широком черепе, направленные в стороны. Зубы, приспособленные для питания грубой растительной пищей, расширены поперечно, количество зубов небольшое. Возможно, вели роющий образ жизни. В эту трибу входили известные рогатые проколофониды Гипсогнат и Лептоплеврон.
Ранний–поздний триас, Европа, Северная Америка, Китай, Южная Африка, Бразилия. Все таксоны, более близкие к Leptopleuron lacertinum, чем к Procolophon trigoniceps. В подсемейство Leptopleuroninae включены более развитые и специализированные проколофониды, с сильно удлиненными назад глазницами и шипами на костях щечного комплекса. Монофилетическая группа. Стратиграфически диапазон этой группы простирается от раннего Anisian до позднего Rhaetian. Это единственный клэд проколофонид, который достиг времен позднего триаса. Leptopleuroninae произошли и первоначально распространялись в Лавразии, мигрировав затем в Гондвану.
Проколофон является одной из самых известных и широко распространенных парарептилий — его находят по всей Южной Гондване. Несмотря на некоторые вариации строения, которые объясняются индивидуальными или онтогенетическими различиями, сейчас распознается только один род — Procolophon trigoniceps. Имелся шип на квадратноскуловой кости, большие и удлиненные глазницы. Тело широкое и крепкое, конечности, возможно, были приспособлены для рытья. Некоторые разновидности Проколофона имели небольшое височное отверстие.
Митоз был охарактеризован как механизм, обеспечивающий равное распределение генетической информации между дочерними клетками в ходе клеточного деления. То, что митоз может достигать этого результата, легко доказывается целым рядом способов. Если, например, зиготическому ядру стрекозы Platyc- Nemis дать возможность пройти через 7 делений, а затем все дочерние клетки, кроме одной, убить с помощью узкого пучка ультрафиолетовых лучей, то из этой клетки все-таки разовьется нормальный эмбрион.
Простой цикл «рост — фрагментация — рост», постулированный в качестве наиболее примитивной формы развития, претерпел в результате отбора разнообразные изменения. Примером сложного цикла развития может служить жизненный цикл простейшего Plasmodium — возбудителя малярии. Спорозоиты Plasmodium в организме комара мигрируют в слюнные железы, а затем, попадая при укусе в кровяное русло человека, способны проникать в клетки определенного типа.
Исследования последних лет внесли уточнения и поправки относительно принципов деления исходной группы. Уход одной или нескольких матрилиний—лишь одна, притом наиболее простая модель. Чаще всего дело обстоит не так просто. Наблюдения за группой резусов, живущих на о-ве Кайо-Сантьяго, показали, что особи четырех, из шести генеалогий распределились между двумя дочерними группами. Каждая матрилиния разделилась приблизительно на равные части, точно по линиям доминирования.
Матери обеспечивают высокие ранги своим детенышам не путем воспитания в них высокоагрессивных особей, а благодаря формированию устойчивого стереотипа подчиненности у детенышей низкоранговых самок. Установление иерархических отношений в группе указанными путями является важным фактором, способствующим сохранению групповой стабильности. Реверсия рангов старшей и младшей сестер во многом связана с поведением матери, чаще принимающей сторону младшей в конфликтных ситуациях.
Тонкотелые обезьяны. Роды у лангуров в естественных условиях наблюдал Оппенгеймер. Он описывает, как за роженицей внимательно следили две взрослые самки — вначале издалека, сидя на дереве, затем спустились на землю и сели рядом с рожающей особью. Представители другого вида лангуров — Р. nemaeus, напротив, совершенно индифферентно отнеслись к процессу родов: не заинтересовал их сразу и новорожденный детеныш. Лишь неделю спустя самка-мать и детеныш оказались в фокусе внимания членов группы.
Широконосые обезьяны. У цебид ревунов роды происходят в присутствии самца и старших детенышей. У Callicebus moloch с первых мгновений появления детенышей на свет самец берет их на руки, носит и проявляет все больше заботы о них со временем. Аналогичное поведение самца-отца отмечено у мармазеток и тамаринов. У видов широконосых обезьян, живущих новорожденного детеныша. К сожалению, данные, описывающие появление детеныша в естественных условиях, пока фрагментарны.