Эволюция живых существ может быть понята только в контексте геологического времени.
Ранняя–средняя пермь (гваделупская эпоха) Северной Америки и России. Надсемейство Lanthanosuchoidea описано Ивахненко (1980). Лантанозухоиды были одной из нескольких линий пермских анапсид, которые включали несколько разнообразных и поверхностно очень несходных форм. В то время как ранние формы, известные из конца ранней перми Оклахомы, были маленькими или крошечными животными, очень специализированные плоскоголовые Lanthanosuchidae, достигали метра в длину.
Lanthanosuchia — это вымершая группа анкираморфных парарептилий, живших в конце ранней перми–средней перми (Artinskian–Wordian) в Европе и Северной Америке. Этот клэд небольших парарептилий (Lanthanosuchoidea и Delorhynchus) первоначально возник в западной Лавразии в начале перми и, по крайней мере, одна их линия, предковая лантанозухоидам, мигрировала в восточном направлении и колонизировала Приуралье России, где она дала начало родам Lanthanosuchus и Lanthaniscus.
Проколоноподобные (Procolophonomorpha) — это группа парарептилий, возникших в конце ранней–начале средней перми и вымерших в конце триаса. Они составляют разнообразное сообщество, которое включает много ящерицеподобных форм, таких как Procolophonia и несколько родственных групп, как Lanthanosuchia, Nyctiphruretia, а также крупных парейазавров (Pareiasauriaformes). В клэд Ankyramorpha входят все известные проколоноподобные за исключением Australothyris и Microleter.
Раннепермская группа болозавров, обитавшая в Лавразии и объединенная особенным устройством щечных зубов. Bolosaurinae соединяли в себе расширенные, сложные щечные зубы с относительно простыми, не выступающими зубами предчелюстной кости и передней части дентария.
Поздний карбон (Gzhelian)–ранняя пермь Северной Америки и Европы, средняя пермь России и Китая. Bolosauria является группой ранних парарептилий, но они имеют нижнее височное окно. Болозавры имели гетеродонтные зубы, что необычно для рептилий. Их зубы были приспособлены для перемалывания грубой и жестковолоконной растительности.
Примитивные парарептилии миллерозавры (Millerosauria), внешне несколько похожие на ящериц (и ведущие сходный образ жизни), появляются в поздней перми (гваделупская эпоха) Южной Африки (265 млн. лет назад). Это были маленькие насекомоядные, легкосложенные животные. Вымерли в конце перми, вероятно из-за конкуренции со стороны ранних отрядов настоящих рептилий.
Гипотезу покровительственной окраски подкрепляют и результаты экспериментов с вторичным отловом выпущенных бабочек. В той или иной местности выпускали известное число меченых особей обоих типов и для каждого типа подсчитывали процент особей, впоследствии снова пойманных на свет. Процент повторно выловленных особей среди бабочек, выделявшихся на окружающем фоне, был значительно ниже, чем среди бабочек с защитной окраской.
Первые окаменелости земноводного ихтиозавра были обнаружены на территории современного Китая международной командой палеонтологов.
Эволюционный ряд предков и потомков следует рассматривать не как непрерывную последовательность особей, а как серию циклических фаз. Каждый полный цикл представляет собой ряд стадий развития, причем за конец одного цикла и начало следующего по традиции принимают начало диплофазы. Изменения в генетической информации ведут к отклонениям в процессе развития, и накопление этих генетически обусловленных отклонений составляет эволюцию.
Если же, напротив, такой избирательной активации и инактивации не существует, тогда все изменения в генетической информации должны в большей или меньшей степени сказываться на всех этапах жизни организма, на всех стадиях его жизненного цикла. Во многих случаях этот эффект мог бы быть настолько незначительным, что он терялся бы на фоне «шума», сопровождающего нормальное развитие.
Сходство ранних стадий эмбриогенеза позвоночных легко объясняется и без привлечения таинственных сил, заставляющих каждый индивидуум снова «взбираться на свое филогенетическое древо». Прежде всего следует подчеркнуть, что зародыш млекопитающего па ранних стадиях похож на зародыш рыбы, а не на взрослую рыбу. Фактически все организмы начинают свое развитие с одной-единственной клетки.
Такое представление о процессе развития подкрепляется огромным множеством данных экспериментальной эмбриологии. Взаимодействия клеток можно наблюдать в культурах микроорганизмов, в которых плотность популяции способна влиять на скорость роста. Литература об индукции и об организаторах свидетельствует о мощном влиянии клеточного окружения и о сложности механизмов, выработанных эволюцией.