Эволюция живых существ может быть понята только в контексте геологического времени.
Достоверные следы жизни известны в геологической летописи Земли с того самого момента, когда возникает принципиальная возможность их фиксации. Таким образом, жизнь на Земле возникла, очевидно, еще в доархейские времена, а в архее Земля уже была колыбелью для широкого диапазона бактериальной жизни. Очевидно, авто- и гетеротрофность возникли одновременно, поскольку их изолированное существование представляется невозможным.
«Щекастые ящеры». Ранняя юра–поздний мел. Клэд Genasauria включает основную группу птицетазовых динозавров с мускулистыми щеками (исключая некоторые ранние формы). Группа Геназаврия включает в себя два крупных инфраотряда, на которые подразделяются все птицетазовые динозавры — тиреофоры и неорнитисхии (цераподы).
Ранняя юра, Южная Африка и средняя юра, Южная Америка. Вымершее подсемейство гетеродонтозаврид, ранних птицетазовых динозавров. Эти маленькие ящеры выглядели почти как двуногие гипсилофодонты, но отличались от них примитивной анатомией, структурой черепа и зубами. Гетеродонтозаврины характеризуются высокими кронами своих щечных зубов.
“Разнозубые ящеры”. Поздний триас (Norian)–ранний мел (Barremian), часть Гондваны (Южная Африка, Южная Америка) и все континенты Лавразии (Северный Китай, Европа, запад Северной Америки). Ранние небольшие двуногие травоядные (факультативно всеядные) птицетазовые ящеры. Длина тела обычно меньше 1 м, самый крупный достигал длины 1,2 м, вес тела до 20 кг.
Поздний триас–поздняя юра, Южная Африка, Лесото, Китай. Fabrosauridae является базальным семейством орнитисхий, близкородственным к предкам всех птицетазовых динозавров. Это наиболее древние и примитивные мелкие двуногие растительноядные птицетазовые динозавры с четырехлучевым тазом.
Орнитисхия — «птичий тазобедренный сустав». Предентата — «имеющий предзубную кость». Существовали с позднего триаса в южной части Пангеи, но были тогда еще малочисленными и известны лишь по редким и неполным находкам.
Определение признака многими генами обусловливает такую стабильность фенотипического выражения, какой может и не быть, если признак определяется лишь одним геном. Например, единичная мутация вряд ли серьезно нарушит проявление признака, зависящего, скажем, от аддитивных эффектов 35 локусов. Напротив, единичная мутация г->/ в гене, подавляющем окраску у лука, приведет к образованию белой луковицы, а не красной или желтой.
Обычно бывает трудно разделить генетические и средовые компоненты изменчивости и исследовать отдельно ту ее часть, которая обусловлена генетически. Для изучения и разделения этих компонентов были разработаны различные экспериментальные методы и использован довольно сложный математический аппарат. Например, один из способов оценки роли этих двух компонентов основан на уменьшении генетического компонента до пренебрежимо малой величины.
Переходя к изучению наследования признаков, подверженных непрерывной изменчивости, мы сталкиваемся с еще более трудными проблемами. Обычно невозможно бывает выявить специфические гены, контролирующие, определенные признаки. Как уже упоминалось, существует, по-видимому, непрерывный спектр изменчивости от типично качественной до чисто количественной.
Генетически все это выглядит так, как если бы кроссинговер был подавлен. Однако на самом деле происходит только элиминация его продуктов. Последствия зависят от числа перекрестов в инверсионной петле и от их распределения между хроматидами бивалента. Так как у гетерозигот гены, лежащие в инверсионной петле, при известных условиях оказываются эффективно сцепленными, инверсии будут подробнее рассмотрены в связи с рекомбинацией.
Фразеологизм "нем как рыба" давно перестал использоваться в научных кругах, так как биологи установили, что рыбы ещё как "разговаривают" между собой, а некоторые из них даже повышают голос. Но учёные из университета Майами открыли миру новую удивительную тайну: оказывается, не только рыбы, но и их личинки издают звуки.
Делеции и дупликации. Роль в эволюции утраты или добавления хромосомного материала еще очень неясна. В гомозиготном состоянии делеции обычно летальны. Делеции служат полезным инструментом при построении хромосомных карт; их эволюционное значение в настоящее время неизвестно. Значение дупликаций состоит в том, что они составляют возможный цитогенетический механизм увеличения общего количества генетического материала. Как изменялось это количество в ходе эволюции — мы не знаем.